Город и звезды - Страница 44


К оглавлению

44

Робот не шевельнулся, но полип, раздираемый нерешительностью, полностью нырнул в озеро и несколько минут оставался под водой. Возможно, он безмолвно убеждал своего коллегу: несколько раз он начинал подниматься, потом, передумав, вновь скрывался в воде. Воспользовавшись задержкой, Хилвар обменялся с Элвином парой слов.

– Я хотел бы знать, что ты стараешься сделать? – сказал он с мягкой шутливостью и, одновременно, серьезностью в голосе. – Или ты сам этого не знаешь?

– Ты, конечно, сожалеешь об этих бедных тварях? Не думаешь ли ты, что их освобождение явится добрым делом?

– Я-то так думаю. Но тебя я уже знаю достаточно, чтобы понять, что альтруизм для тебя – не главное. У тебя должны быть другие побуждения.

Элвин мрачно усмехнулся. Если даже Хилвар не читал его мыслей – а у Элвина не было оснований сомневаться на его счет – то характер его он, без сомнения, расшифровал.

– Твой народ располагает огромными умственными силами, – возразил он, стараясь увести разговор на безопасную почву. – Они, надеюсь, смогут сделать что-нибудь если не для этого животного, то хотя бы для робота.

Он говорил очень тихо, чтобы не быть подслушанным. Эта предосторожность, возможно, не имела смысла, но если робот и уловил его слова, то виду не подал.

К счастью, прежде чем Хилвар смог задать дальнейшие вопросы, полип вновь показался на поверхности. За несколько минут он сильно уменьшился и выглядел более неуклюжим. На глазах у Элвина часть его сложного полупрозрачного тела отвалилась и рассыпалась на множество меньших кусков, которые стремительно рассеялись. Существо разваливалось перед их взором. Когда полип вновь заговорил, речь его была неустойчивой и улавливалась с трудом.

– Начинается новый цикл, – выговорил он дрожащим шепотом. – Не ожидали так скоро… осталось лишь несколько минут… слишком большое возбуждение… больше не можем держаться вместе…

Элвин и Хилвар с испугом и изумлением уставились на существо. Хотя происходившее и соответствовало его природе, видеть разумное существо в состоянии, похожем на смертные муки, было неловко. Они также чувствовали тайную вину, пусть без особых оснований – ведь не имело значения, когда полип начнет новый цикл. Но они догадывались, что именно необычная активность и возбуждение, вызванные их появлением, привели к этой преждевременной метаморфозе.

Элвин понял, что он должен действовать быстро, иначе случай будет упущен – на годы, а может быть и на века.

– Что вы решили? – воскликнул он. – Идет ли робот с нами?

В течение томительной паузы полип пытался заставить свое растворяющееся тело повиноваться. Речевая диафрагма затрепетала, не издавая звуков. Тогда, словно в безнадежном прощании, он слабо помахал тонкими щупальцами и уронил их в воду, где те мгновенно отделились и уплыли в озеро. Трансформация завершилась в несколько минут. Остались лишь частицы размером в два-три сантиметра. Вода была полна крошечных зеленоватых крапинок, живых и подвижных, быстро исчезавших в просторах озера.

Рябь на поверхности совсем утихла, и Элвин понял, что непрерывная пульсация, звучавшая в глубинах, теперь замерла. Озеро снова было мертво – по крайней мере внешне. Но когда-нибудь неизвестные силы, столь безотказные в прошлом, снова проявят себя, и полип возродится. Да, это был необычайный и замечательный феномен, но был ли он более замечателен, чем устройство человеческого тела – этой обширной колонии отдельных живых клеток?

Элвин не тратил сил на подобные рассуждения. Он был подавлен чувством поражения, хотя даже не представлял себе с полной ясностью, чего именно он добивался. Была упущена – и, возможно, навсегда – блестящая возможность. Он печально взирал на озеро и не сразу до его сознания дошли слова, которые Хилвар прошептал ему на ухо.

– Элвин, – тихо сказал его друг, – по-моему, ты добился своего. Тот резко обернулся. Робот, до сих пор паривший поодаль, на расстоянии не менее пяти метров, теперь бесшумно переместился и повис в метре над его головой. Его неподвижные, широкоугольные глаза не позволяли угадать направление взгляда.

Вероятно, он видел с одинаковой четкостью всю переднюю полусферу. Но Элвин не сомневался, что внимание робота сфокусировано на нем.

Робот ждал его. До известной степени он перешел под управление Элвина. Он мог последовать за ним в Лис, возможно, даже и в Диаспар, – если не передумает. До поры Элвин стал его хозяином – с испытательным сроком.

Глава 14

Возвращение в Эрли заняло почти трое суток – отчасти из-за того, что сам Элвин по ряду причин не очень-то торопился. Исследование Лиса отошло на второй план, уступив место более важному и интересному занятию: он постепенно налаживал контакт со странным, затуманенным разумом, который теперь сделался его спутником.

Элвин подозревал, что робот пытается использовать его в собственных целях; впрочем, в высоком смысле это было бы даже справедливо. Правда, он не мог быть уверен в намерениях робота, поскольку тот упорно отказывался вступать в беседу. По каким-то соображениям – возможно, опасаясь, что робот может выдать слишком важные секреты – Учитель наложил на его речевые схемы очень действенные блокировки, и попытки Элвина снять не привели к успеху. Даже уловки в духе «Если ты промолчишь, я буду считать, что это значит „да“» провалились: робот был слишком умен, чтобы так легко попасться.

В остальном, однако, робот был более доступен. Он подчинялся всем приказам, не требовавшим от него речи или информации. В конце концов Элвин обнаружил, что им можно управлять так же, как диаспарскими роботами – чисто мысленно. Это уже было большим прогрессом, а еще чуть позже существо – трудно было думать о нем просто как о машине – еще более снизило степень осторожности и разрешило Элвину смотреть через свои глаза. Робот, видимо, не возражал против пассивных форм общения, но блокировал все попытки более тесного сближения.

44